Лиричное вечное...
53938
533
"...Я бы хотела жить с Вами
В маленьком городе,
Где вечные сумерки
И вечные колокола.
И в маленькой деревенской гостинице -
Тонкий звон
Старинных часов - как капельки времени.
И иногда, по вечерам, из какой-нибудь мансарды -
Флейта,
И сам флейтист в окне,
И большие тюльпаны на окнах.
И, может быть, вы бы даже меня не любили...


Посреди комнаты - огромная изразцовая печка,
На каждом изразце - картинка:
Роза - сердце - корабль.-
А в единственном окне -
Снег, снег, снег.

Вы бы лежали - каким я Вас люблю: ленивый,
Равнодушный, беспечный.
Изредка резкий треск
Спички.
Папироса горит и гаснет,
И долго-долго дрожит на ее краю
Серым коротким столбиком - пепел.
Вам даже лень его стряхивать -
И вся папироса летит в огонь." - (с)
BelKa
Да, согласен...
Что-то, кстати, последние два дня сплошная лирика:улыб:
Весна, вроде, благополучно заканчивается, настроение остается...
BelKa
эх,
красиво...
Че красивого то?
Это ж надо таким лентяем быть - вместо того чтоб пепел стряхнуть - он у нее целую папиросу в огонь кидает.
Это получается что, чтобы накуриться нужно по 2 пачки беломора за раз истратить.
А сколько у них зарплата - не написано нигде..
А кушают они то же так же как курят? Мол, откусил вареное яйцо до того места, где почищено - остальное в камин?
Так дело пойдет дальше - они начнут бульон от яиц в раковину выливать, а ведь там столько витаминов...
Безобразие какое-то...
свет
Склоняются низко цветущие ветки,
Фонтана в бассейне лепечут струи,
В тенистых аллеях всё детки, всё детки...
О детки в траве, почему не мои?

Как будто на каждой головке коронка
От взоров, детей стерегущих, любя.
И матери каждой, что гладит ребенка,
Мне хочется крикнуть: «Весь мир у тебя!»

Как бабочки девочек платьица пестры,
Здесь ссора, там хохот, там сборы домой...
И шепчутся мамы, как нежные сестры:
— «Подумайте, сын мой»... — «Да что вы! А мой».

Я женщин люблю, что в бою не робели,
Умевших и шпагу держать, и копье, —
Но знаю, что только в плену колыбели
Обычное — женское — счастье мое!

(то же с)
yukkie
Юкки, спасибо. Я действительно про женское счастье разговор завела...Про иногда незатейливое, но ранимое и трогательное...
yukkie
Как трогательно- красиво...
И как верно...
:роза:
свет
"И опять пред Тобой я склоняю колени,
В отдаленье завидев Твой звездный венец.
Дай понять мне, Христос, что не все только тени
Дай не тень мне обнять, наконец!

Я измучена этими длинными днями
Без заботы, без цели, всегда в полумгле...
Можно тени любить, но живут ли тенями
Восемнадцати лет на земле?

И поют ведь, и пишут, что счастье вначале!
Расцвести всей душой бы ликующей, всей!
Но не правда ль: ведь счастия нет, вне печали?
Кроме мертвых, ведь нету друзей?

Ведь от века зажженные верой иною
Укрывались от мира в безлюдье пустынь?
Нет, не надо улыбок, добытых ценою
Осквернения высших святынь.

Мне не надо блаженства ценой унижений.
Мне не надо любви! Я грущу - не о ней.
Дай мне душу, Спаситель, отдать - только тени
В тихом царстве любимых теней." - (опять та же с)

Списано с судеб...
свет
Мир одиночества - мой мир
Он болен тихой, тихой скорбью,
Он сам с собой, своей любовью
И черной тенью черных дыр.
Чернее черного - Вуаль -
Его накрывшее сомненье,
Как отголосок скорби - пенье
Опустошение. Мне жаль...
Не видеть света в темноте,
Не сосчитать шагов разлуки,
Когда вокруг чужие руки
И голоса, увы, не те.
Не в такт с собою, и не в такт,
С тем, что сегодня окружает,
Хотя и это не спасает
И не подскажет верный шаг.
Мир одиночества - тобой
Я окружен, как зыбкой гранью,
И неизбежному старанью
Обязан я пути домой.
Обязан - все это слова,
Они текут, сменяясь смыслом,
И обретают чувства, мысли,
И на судьбу мою права.........
свет
"Корабли постоят
и ложатся на курс,
но они возвращаются сквозь непогоду"
хиmera
Хочешь знать, как все это было? -
Три в столовой пробило,
И, прощаясь, держась за перила,
Она словно с трудом говорила:
"Это всё... Ах нет, я забыла,
Я люблю вас, я вас любила
Еще тогда!"
- "Да". (А.А.)
За то, что некогда, юн и смел,
Не дал мне заживо сгнить меж тел
Бездушных, замертво пасть меж стен, -
Не дам тебе - умереть совсем!

За то, что за руку, свеж и чист,
На волю вывел, весенний лист -
вязанками приносил мне в дом! -
Не дам тебе - порасти быльём!

За то, что первых моих седин
Сыновьей гордостью встретил - чин,
Ребячьей радостью встретил - страх, -
Не дам тебе - поседеть в сердцах!
хиmera
2 all

За это Вас и любим.
За нежность, желание жить, веру.

Вобщем - за любовь.
свет
Мда...может и не совсем то, но мне очень-очень нравится

Хочешь, я выучусь шить?
А может, и вышивать?
А хочешь, я выучусь жить,
И будем жить-поживать?
Уедем отсюда прочь,
Оставим здесь свою тень.
И ночь у нас будет ночь,
И день у нас будет день!

Ты будешь ходить в лес
С ловушками и ружьём.
О, как же весело здесь,
Как славно мы заживем!
Я скоро выучусь прясть,
Чесать и сматывать шерсть.
А детей у нас будет пять,
А может быть, даже шесть...
свет
Мне тебя уже не надо,
Милый - и не оттого что
С первой почтой - не писал.

И не оттого что эти
Строки, писанные с грустью,
Будешь разбирать - смеясь.

(Писанные мной одною -
Одному тебе! - впервые! -
Расколдуешь - не один.)

И не оттого что кудри
До щеки коснутся - мастер
Я сама читать вдвоем! -

И не оттого что вместе
- Над неясностью заглавных! -
Вы вздохнете, наклонясь.

И не оттого что дружно
Веки вдруг смежатся - труден
Почерк,- да к тому - стихи!

Нет, дружочек! - Это проще,
Это пуще, чем досада:

Мне тебя уже не надо -
Оттого что - оттого что -
Мне тебя уже не надо!


(М.Ц.)
свет
Осыпались листья над Вашей могилой,
И пахнет зимой.
Послушайте, мертвый, послушайте, милый: Вы всё-таки мой.

Смеетесь! — В блаженной крылатке дорожной!Луна высока. Мой — так несомненно и так непреложно,
Как эта рука.

Опять с узелком подойду утром рано
К больничным дверям.
Вы просто уехали в жаркие страны,
К великим морям.

Я Вас целовала! Я Вам колдовала!
Смеюсь над загробною тьмой!
Я смерти не верю! Я жду Вас с вокзала —
Домой.

Пусть листья осыпались, смыты и стерты
На траурных лентах слова.
И, если для целого мира Вы мертвый,
Я тоже мертва.

Я вижу, я чувствую,— чую Вас всюду!
— Что ленты от Ваших венков! —
Я Вас не забыла и Вас не забуду
Во веки веков!

Таких обещаний я знаю бесцельность,
Я знаю тщету.
— Письмо в бесконечность.
— Письмо в беспредельность-
Письмо в пустоту. (с)
Pascale
Так, продолжаем цитировать Цветаеву (только Пенелопа зачем-то Долину вспомнила)? :ухмылка:

Откуда такая нежность?
Не первые — эти кудри
Разглаживаю, и губы
Знавала темней твоих.

Всходили и гасли звезды,
— Откуда такая нежность?
Всходили и гасли очи
У самых моих очей.

Еще не такие гимны
Я слушала ночью темной,
Венчаемая — о нежность! —
На самой груди певца.

Откуда такая нежность,
И что с нею делать, отрок
Лукавый, певец захожий,
С ресницами — нет длинней?
yukkie
Ё мае девчонки! Снимаю шляпу! :роза:
yukkie
Ночи без любимого — и ночи
С нелюбимым, и большие звезды
Над горячей головой, и руки,
Простирающиеся к Тому —
Кто от века не был — и не будет,
Кто не может быть — и должен быть.
И слеза ребенка по герою,
И слеза героя по ребенку,
И большие каменные горы
На груди того, кто должен — вниз...

Знаю всё, что было, всё, что будет,
Знаю всю глухонемую тайну,
Что на темном, на косноязычном
Языке людском зовется — Жизнь.
свет
Любимейший, из всех, давно прошедших
Добрейший дождь в июльской тишине
Мне кажется, что это ты мне шепчешь
Как больно ты тоскуешь обо мне

Любимейший, добрейший, виноватый
Ушедший не на год, и не на два
Я думала - слова мои крылаты
Не долетели до тебя слова...

Опали. Не помогут, не обнимут
Волшебным опереньем сентября
Зеленый сквер зачем так чисто вымыт?
В нем холодно и пусто без тебя

Отгоревать однажды, утомиться
Не дай мне Бог забыть твое тепло
Минуя время, тихий дождь струится
И волочится по земле крыло...


Автора к стыду своему не помню. Если кто узнает - подскажите?
yukkie
Продолжаем. :ухмылка:

Мы слишком молоды, чтобы простить
Тому, кто в нас развеял чары.
Но чтоб о нем, ушедшем, не грустить,
Мы слишком стары!

Был замок розовый, как зимняя заря,
Как мир – большой, как ветер – древний.
Мы были дочери почти царя,
Почти царевны.

Отец – волшебник был, седой и злой;
Мы, рассердясь, его сковали;
По вечерам, склоняясь над золой,
Мы колдовали;

Оленя быстрого из рога пили кровь,
Сердца разглядывали в лупы...
А тот, кто верить мог, что есть любовь,
Казался глупым.

Однажды вечером пришел из тьмы
Печальный принц в одежде серой.
Он говорил без веры, ах. А мы
Внимали с верой.

Рассвет декабрьский глядел в окно,
Алели робким светом дали...
Ему спалось и было все равно,
Что мы страдали!

Мы слишком молоды, чтобы забыть
Того, кто в нас развеял чары.
Но чтоб опять так нежно полюбить
Мы слишком стары! (с)
yukkie
Я, кстати, сказала, что не в тему выступаю...:бебе:
Pascale
Как живется вам с другою,-
Проще ведь?- Удар весла!-
Линией береговою
Скоро ль память отошла

Обо мне, плавучем острове
(По небу - не по водам)!
Души, души!- быть вам сестрами,
Не любовницами - вам!

Как живется вам с простою
Женщиною? Без божеств?
Государыню с престола
Свергши (с оного сошед),

Как живется вам - хлопочется -
Ежится? Встается - как ?
С пошлиной бессмертной пошлости
Как справляетесь, бедняк?

"Судорог да перебоев -
Хватит! Дом себе найму".
Как живется вам с любою -
Избранному моему!

Свойственнее и сьедобнее -
Снедь? Приестся - не пеняй...
Как живется вам с подобием -
Вам, поправшему Синай!

Как живется вам с чужою,
Здешнею? Ребром - люба?
Стыд Зевесовой вожжою
Не охлестывает лба?

Как живется вам - здоровится -
Можется? Поется - как?
С язвою бессмертной совести
Как справляетесь, бедняк?

Как живется вам с товаром
Рыночным? Оброк - крутой?
После мраморов Каррары
Как живется вам с трухой

Гипсовой? (Из глыбы высечен
Бог - и начисто разбит!)
Как живется вам с сто-тысячной -
Вам, познавшему Лилит!

Рыночною новизною
Сыты ли? К волшбам остыв,
Как живется вам с земною
Женщиною, без шестых

Чувств?..
Ну, за голову: счастливы?
Нет? В провале без глубин -
Как живется, милый? Тяжче ли,
Так же ли, как мне с другим?

Это стихотворение просто бесподобно.
свет
В гибельном фолианте
Нету соблазна для
Женщины. – Ars Amandi
Женщине – вся земля.

Сердце – любовных зелий
Зелье – вернее всех.
Женщина с колыбели
Чей-нибудь смертный грех

Ах, далеко до неба!
Губы – близки во мгле...
- Бог, не суди! – Ты не был
Женщиной на земле!
свет
Сжала руки под темной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.
Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я сбежала за ним до ворот.
Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Все, что было. Уйдешь, я умру".
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру".
Не М.Ц. и не А.А., но чертовски хорошо.


"Люблю тебя сейчас, не тайно - напоказ.
Не "после" и не "до" в лучах твоих сгораю.
Навзрыд или смеясь, но я люблю сейчас,
А в прошлом - не хочу, а в будущем - не знаю.

В прошедшем "я любил" - печальнее могил,-
Все нежное во мне бескрылит и стреножит,
Хотя поэт поэтов говорил:
"Я вас любил, любовь еще, быть может..."

Так говорят о брошенном, отцветшем -
И в этом жалость есть и снисходительность,
Как к свергнутому с трона королю.
Есть в этом сожаленье об ушедшем
Стремленьи, где утеряна стремительность,
И как бы недоверье к "я люблю".

Люблю тебя теперь - без пятен, без потерь,
Мой век стоит сейчас - я вен не перережу!
Во время, в продолжение, теперь -
Я прошлым не дышу и будущим не брежу.

Приду и вброд, и вплавь к тебе - хоть обезглавь!-
С цепями на ногах и с гирями по пуду.
Ты только по ошибке не заставь,
Чтоб после "я люблю" добавил я "и буду".

Есть горечь в этом "буду", как ни странно,
Подделанная подпись, червоточина
И лаз для отступленья, про запас,
Бесцветный яд на самом дне стакана.
И словно настоящему пощечина, -
Сомненье в том, что "я люблю" сейчас.

Смотрю французский сон с обилием времен,
Где в будущем - не так, и в прошлом - по-другому.
К позорному столбу я пригвожден,
К барьеру вызван я - языковому.

Ах, разность в языках! Не положенье - крах!
Но выход мы вдвоем поищем - и обрящем.
Люблю тебя и в сложных временах -
И в будущем, и в прошлом настоящем!"
свет
Да, здорово. Мне вообще нравится Высоцкий. А уж стихи, посвященные Марине Влади - вообще отдельная тема.:улыб:
А возвращаясь к любимой Цветаевой, нельзя не вспомнить ее знаменитый цикл "Подруга", посвященный Софье Парнок.
Гомофобы, закройте глаза!:улыб:
Вы счастливы? – Не скажете! Едва ли!
И лучше – пусть!
Вы слишком многих, мнится, целовали,
Отсюда грусть.

Всех героинь шекспировских трагедий
Я вижу в Вас.
Вас, юная трагическая леди,
Никто не спас!

Вы так устали повторять любовный
Речитатив!
Чугунный обод на руке бескровной –
Красноречив!

Я Вас люблю. – Как грозовая туча
Над Вами – грех –
За то, что Вы язвительны и жгучи
И лучше всех.

За то, что мы, что наши жизни – разны
Во тьме дорог,
За Ваши вдохновенные соблазны
И темный рок,

За то, что Вам, мой демон крутолобый,
Скажу прости,
За то, что Вас – хоть разорвись над гробом!
Уж не спасти!

За эту дрожь. За то – что – неужели
Мне снится сон? –
За эту ироническую прелесть,
Что Вы – не он.
Pascale
У Цветаевой вообще была бурная жизнь, что не помешало стать творцом. Все так карсиво у нее и не пошло.

А вот еще одно мужское стихотворение -шедевральное.


"Если в мире тысяча мужчин
Снарядить к тебе готова сватов,
Знай, что в этой тысяче мужчин
Нахожусь и я - Расул Гамзатов.

Если пленены тобой давно
Сто мужчин,
чья кровь несется с гулом,
Разглядеть меж них не мудрено
Горца, нареченного Расулом.

Если десять влюблены в тебя
Истинных мужей -
огня не спрятав,
Среди них, ликуя и скорбя,
Нахожусь и я - Расул Гамзатов.

Если без ума всего один
От тебя, не склонная к посулам,
Знай, что это с облачных вершин
Горец, именуемый Расулом.

Если не влюблен в тебя никто
И грустней ты сумрачных закатов,
Значит, на базальтовом плато
Погребен в горах Расул Гамзатов."
свет
* * *

Мы с тобою лишь два отголоска:
Ты затихнул, и я замолчу.
Мы когда-то с покорностью воска
Отдались роковому лучу.

Это чувство сладчайшим недугом
Наши души терзало и жгло.
Оттого тебя чувствовать другом
Мне порою до слез тяжело.

Станет горечь улыбкою скоро,
И усталостью станет печаль.
Жаль не слова, поверь, и не взора, -
Только тайны утраченной жаль!

От тебя, утомленный анатом,
Я познала сладчайшее зло.
Оттого тебя чувствовать братом
Мне порою до слез тяжело.

(c)
draco
*****

Осыпались листья над вашей могилой,
И пахнет зимой.
Послушайте, мертвый, послушайте, милый:
Вы все - таки мой.

Смеетесь! - В блаженной крылатке дорожной!
Луна высока.
Мой - так несомненно и так непреложно,
Как эта рука.

Опять с узелком подойду утром рано
К больничным дверям.
Вы просто уехали в жаркие страны,
К великим морям.

Я Вас целовала! Я Вам колдовала!
Смеюсь над загробной тьмой!
Я смерти не верю! Я жду Вас с вокзала -
Домой!..

Пусть листья осыпались, смыты и стерты
На траурных лентах слова.
И, если для целого мира Вы мертвы,
Я тоже мертва.

Я вижу, я чувствую, - чую Вас всюду,
- Что ленты от Ваших венков! -
Я Вас не забыла и Вас не забуду
Во веки веков.

Таких обещаний я знаю бесцельность,
Я знаю тщету.
- Письмо в бесконечность.
- Письмо в беспредельность. -
Письмо в пустоту.
Повторяетесь:улыб:

Ты будешь невинной, тонкой.
Прелестной – и всем чужой.
Пленительной амазонкой,
Стремительной госпожой.

И косы свои, пожалуй,
Ты будешь носить, как шлем,
Ты будешь царицей бала –
И всех молодых поэм.

И многих пронзит, царица,
Насмешливый твой клинок,
И все, что мне - только снится,
Ты будешь иметь у ног.

Всё будет тебе покорно,
И все при тебе – тихи.
Ты будешь, как я – бесспорно –
И лучше писать стихи...

Но будешь ли ты – кто знает –
Смертельно виски сжимать,
Как их вот сейчас сжимает
Твоя молодая мать.
*****

Осыпались листья над вашей могилой,
И пахнет зимой.
Цветаева...не очень люблю ее. Но от этого произведения такие слезы льются...
Pascale
Когда-нибудь, прелестное созданье,
Я стану для тебя воспоминаньем,

Там, в памяти твоей голубоокой,
Затерянным - так далеко-далеко.

Забудешь ты мой профиль горбоносый,
И лоб в апофеозе папиросы,

И вечный смех мой, коим всех морочу,
И сотню - на руке моей рабочей -

Серебряных перстней, чердак-каюту,
Моих бумаг божественную смуту...

Как в страшный год, возвышены бедою,
Ты - маленькой была, я - молодою.
свет
А когда – когда-нибудь – как в воду
И тебя потянет - в вечный путь,
Оправдай змеиную породу:
Дом – меня – мои стихи – забудь

Знай одно: что завтра будешь старой.
Пей вино, правь тройкой, пой у Яра,
Синеокою цыганкой будь.
Знай одно: никто тебе не пара –
И бросайся каждому на грудь.

Ах, горят парижские бульвары!
(Понимаешь – миллионы глаз!)
Ах, гремят мадридские гитары!
(Я о них писала – столько раз!)

Знай одно: (твой взгляд широк от жара,
Паруса надулись – добрый путь!)
Знай одно: что завтра будешь старой,
Остальное, деточка, - забудь.
Pascale
Гораций с Овидием -
Двое приятелей -
Явились в президиум
Союза писателей.

Попали к швейцарше,
Потом к секретарше.
В тот день заседали
Все те, кто постарше.

И молвил в смущенье
Почтенный Гораций.
Его заявленье
Приводим мы вкратце.

"Страници латыни
Давно уж не в моде,
Но можно их ныне
Читать в переводе.

Сказали в Гослите:
- Стара наша муза.
Однако, примите
Нас в члены Союза.

А если нас в члены
Принять рановато,
Мы прсим смиренно
Принять в кандидаты.

Хоть мы староваты,
Но думаем всё же,
Что есть кандидаты
Немногим моложе!"
He смейтесь вы над юным поколеньем!
Вы не поймете никогда,
Как можно жить одним стремленьем,
Лишь жаждой воли и добра...

Вы не поймете, как пылает
Отвагой бранной грудь бойца,
Как свято отрок умирает,
Девизу верный до конца!

Так не зовите их домой
И не мешайте их стремленьям, --
Ведь каждый из бойцов -- герой!
Гордитесь юным поколеньем!
свет
Я по жизни хожу, как в лесу-
на руках и ногах.
С дерева лист опадает во мне пробуждая страх
Я рисую все это объятое сном,
а потом снегопад засыпает лес - картинку мою,
потусторонний ландшафт,
где я давно уже долгие годы стою...........

Марк Шагал
Гыви
Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной -
Распущенной - и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.

Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью - всуе...
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!

Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня - не зная сами! -
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами,-
За то, что вы больны - увы! - не мной,
За то, что я больна - увы! - не вами!
свет
Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверстую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет всё, что пело и боролось,
Сияло и рвалось:
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет всё - как будто бы под небом
И не было меня!

Изменчивой, как дети, в каждой мине
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой,

Виолончель и кавалькады в чаще,
И колокол в селе...
- Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!

- К вам всем - что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои!
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.

И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто - слишком грустно
И только двадцать лет,

За то, что мне - прямая неизбежность -
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность,
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру...
- Послушайте! - Еще меня любите
За то, что я умру.
Pascale
К тебе,имеющему быть рожденным

Столетие спустя, как отдышу,-

Из самых недр - как на смерть осужденный,

Своей рукой пишу:



- Друг! не ищи меня! Другая мода!

Меня не помнят даже старики.

- Ртом не достать! - Через летейски воды

Протягиваю две руки



Как два костра, глаза твои я вижу,

Пылающие мне в могилу - в ад,-

Ту видящие, что рукой не движет,

Умершую сто лет назад.



Со мной в руке - почти что горстка пыли -

Мои стихи! - я вижу: на ветру

Ты ищешь дом, где родилась я - или

В котором я умру.



На встречных женщин - тех, живых, счастливых,

Горжусь, как смотришь, и ловлю слова:

- Сборище самозванок! Всё мертвы вы!

Она одна жива!



Я ей служил служеньем добровольца!

Все тайны знал, весь склад ее перстней!

Грабительницы мертвых! Эти кольца

Украдены у ней!



О, сто моих колец! Мне тянет жилы,

Раскаиваюсь в первый раз,

Что столько я их вкривь и вкось дарила, -

Тебя не дождалась!



И грустно мне еще, что в этот вечер,

Сегодняшний - так долго шла я вслед

Садящемуся солнцу, - и навстречу

Тебе - через сто лет.



Бьюсь об заклад, что бросишь ты проклятье

Моим друзьям во мглу могил:

- Все восхваляли! Розового платья

Никто не подарил!



Кто бескорыстней был?! - Нет, я корыстна!

Раз не убьешь, - корысти нет скрывать,

Что я у всех выпрашивала письма,

Чтоб ночью целовать.



Сказать? - Скажу! Небытие - условность.

Ты мне сейчас - страстнейший из гостей,

И ты окажешь перлу всех любовниц

Во имя той - костей.
свет
Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала - тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти – слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь – могила,
Что я появлюсь, грозя...
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились...
Я тоже была прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед, -
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли...
- И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.
Pascale
Он увидел ее и погиб.
А может быть - он увидел ее и она погибла, как взглянуть.
Он пpигласил ее на танец. В следующих танцах она ему отказала,
намекнув, что он плохо танцует.
Он окончил школу совpеменных, а заодно и бальных танцев.
От пpогулки с ним она отказалась, дав понять, как должен одеваться
настоящий мужчина.
Он пеpевеpнул подшивки жуpналов мод, записался на показы в Дом
моделей и познакомился с четыpьмя пpодавцами комиссионных магазинов.
Hа пpогулке она пpедставила его молодому человеку, и молодой человек
поговоpил с ним в стоpонке.
Он позанимался в секции бокса и поговоpил с молодым человеком.
После кафе подошла компания молодого человека и поговоpила с ним в
стоpонке.
Он отслужил в воздушно-десантных и поговоpил с компанией.
У нее появился жених - эpудит.
Он выучил четыpе тома "В миpе мудpых мыслей", и эpудит пеpестал
являться таковым.
У нее появился жених - писатель.
Он написал и напечатал два pомана, а писатель пpевpатился в кpитика,
довольно злого.
В ответ на жениха с машиной он выигpал по лотеpее "Жигули", а на
жениха пpыгуна в воду - пpыгнул с вышки, поставив еще два табуpета.
Она похудела и стала печальной.
Она захотела тигpенка.
Он поехал в Пpимоpье, стал звеpоловом и пpивез.
Ее жалели.
Она пpизналась, что могла бы полюбить такого человека, будь он только
обязательно повыше pостом.
Он общался с одним пpоффесоpом-хиpуpгом от "Миpа мудpых мыслей" до
спецпpиемов самообоpоны и обpатно, пока тот не удилинил ему ноги на десять
сантиметpов.
Увидев, она заплакала. И он тоже.
Они поженились.
....Чеpез год, в мятом костюме, по обыкновению заполночь веpнувшись
от пpиятелей, он стал каяться.
- Я негодяй, - теpзался он. - Я совеpшенно пеpестал уделять тебе
внимание. Зачем только ты за меня вышла....
Цветущая жена миpно слушала pадио, читала жуpнал, гpызла яблоко,
вязала шаpф, а ногой гладила кошку, заменившую сданного в зоопаpк
тигpенка.
- Должна же я была подумать и о себе, чтоб остаться наконец в покое,
- кpотко возpазила она.
свет
Другие – с очами и с личиком светлым,
А я – то ночами беседую с ветром.

Не с тем – италийским
Земфиром младым, -
С хорошим, с широким,
Российским, сквозным!

Другие всей плотью по плоти плутают,
Из уст пересохших – дыханье глотают…
А я – руки настежь! – застыла – столбняк!
Чтоб выдул мне душу – российский сквозняк!

Другие – о, нежные, цепкие путы!
Нет, с нами Эол обращается круто.
- Небось не растаешь! Одна, мол, семья! –
Как будто и вправду – не женщина я!
Pascale
Здравствуй! Не стрела, не камень:
Я! – Живейшая из жен:
Жизнь. Обеими руками
В твой невыспавшийся сон.

Дай! (На языке двуостром:
На! – Двуострота змеи!)
Всю меня в простоволосой
Радости меня прими!

Льни! – Сегодня день на шхуне,
- Льни! – на лыжах! – Льни – льняной!
Я сегодня в новой шкуре:
Вызолоченной, седьмой!

- Мой! – и о каких наградах
Рай – когда в руках, у рта –
Жизнь: распахнутая радость
Поздороваться с утра!
Pascale
Дома до звёзд, а небо ниже,
Земля в чаду ему близка.
В большом и радостном Париже
Всё та же тайная тоска.

Шумны вечерние бульвары,
Последний луч зари угас.
Везде, везде всё пары, пары,
Дрожанье губ и дерзость глаз.

Я здесь одна. К стволу каштана
Прильнуть так сладко голове!
И в сердце плачет стих Ростана,
Как там, в покинутой Москве.

Париж в ночи мне чужд и жалок,
Дороже сердцу прежний бред!
Иду домой, там грусть фиалок
И чей – то ласковый привет.

Там чей – то взор печально – братский,
Там нежный профиль на стене.
Ростан, и мученик – Рейхштадский,
И Сара – все придут во сне!

В большом и радостном Париже
Мне снятся травы, облака,
И дальше смех, и тени ближе,
И боль, как прежде, глубока.
Гыви
Я с вызовом ношу его кольцо!
- Да, в Вечности жена, не на бумаге! –
Чрезмерно узкое его лицо
Подобно шпаге.

Безмолвен рот его, углами вниз,
Мучительно – великолепны брови.
В его лице трагически слилось
Две древних крови.

Он тонок первой тонкостью ветвей.
Его глаза – прекрасно – бесполезны! -
Под крыльями раскинутых бровей –
Две бездны.

В его лице я рыцарству верна,
- Всем вам, кто жил и умирал без страху! –
Такие – в роковые времена –
Слагают стансы – и идут на плаху.
Pascale
Кто создан из камня, кто создан из глины, -
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело - измена, мне имя - Марина,
Я - бренная пена морская.

Кто создан из глины, кто создан из плоти -
Тем гроб и надгробные плиты...
- В купели морской крещена - и в полете
Своем - непрестанно разбита!

Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробьется мое своеволье.
Меня - видишь кудри беспутные эти? -
Земною не сделаешь солью.

Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной - воскресаю!
Да здравствует пена - веселая пена -
Высокая пена морская!
хиmera
У меня для тебя столько ласковых слов и созвучий,
Их один только я для тебя мог придумать, любя.
Их певучей волной, то нежданно-крутой, то ползучей, -
Хочешь, я заласкаю тебя?

У меня для тебя столько есть прихотливых сравнений -
Но возможно ль твою уловить, хоть мгновенно, красу?
У меня есть причудливый мир серебристых видений -
Хочешь, к ним я тебя отнесу?

Видишь, сколько любви в этом нежном, взволнованном взоре?
Я так долго таил, как тебя я любил и люблю.
У меня для тебя поцелуев дрожащее море, -
Хочешь, в нем я тебя утоплю?

/Виктор Гофман, 1884-1911/
свет
Вы столь забывчивы, сколь незабвенны.
— Ах, Вы похожи на улыбку Вашу! —
Сказать еще? — Златого утра краше!
Сказать еще? — Один во всей вселенной!
Самой Любви младой военнопленный,
Рукой Челлини ваянная чаша.

Друг, разрешите мне на лад старинный
Сказать любовь, нежнейшую на свете.
Я Вас люблю. — В камине воет ветер.
Облокотясь — уставясь в жар каминный —
Я Вас люблю. Моя любовь невинна.
Я говорю, как маленькие дети.

Друг! Всё пройдет! Виски в ладонях сжаты,
Жизнь разожмет! — Младой военнопленный,
Любовь отпустит вас, но — вдохновенный —
Всем пророкочет голос мой крылатый —
О том, что жили на земле когда-то
Вы — столь забывчивый, сколь незабвенный!

(с) М.Ц.
Regyna
А это -- получается, сегодняшнее, "датское"...


Осторожный троекратный стук.
Нежный недруг, ненадежный друг, --
Не обманешь! То не странник путь
Свой кончает. -- Так стучатся в грудь
За любовь. Так, потупив взгляд,
В светлый Рай стучится черный Ад.

6 июня 1918

(с) М.Ц.